Нерль
Вл. Архангельский
— Июнь — на рыбу плюнь, — говорят некоторые рыболовы. Но лишь в июне я имел время пожить на реке.
— Едем?
— Конечно!
Мы берем снасти и уезжаем с Юрой, худощавым, суматошным хлопцем лет пятнадцати, — в Загорск, а оттуда — к реке, которая давно манит нас.
Это — Нерль. А рыбачить мы будем в том месте, где впадает в нее глубокая и спокойная Сабля.
В серых сумерках ранней зари мы отправляемся к острову. Колхозный пастух приветливо машет нам рукой: лишь он не спит.
Над Саблей — жидкое молоко тумана.
Слева кудрявится сосновый бор. Справа — тихая деревушка Ефимово: она лежит на пологой горочке, в рамке берез и лип. А впереди, куда идет наша лодка, глубоководная Нерль в высоких берегах. По ним широко раскинуты цветущие луга массивы колхозных полей. Мы выплываем на стрежень Нерли, проходим над омутом и сворачиваем направо, где лежит песчаный островок темнеющий в туманной дали.
— Что это? — ёрзает на корме Юра, — глядите, да глядите же!
Я оборачиваюсь и вижу над водой золотое тельце рыбы.
- Язь играет. Сейчас мы и будем его ловитъ.
Лодка останавливается у мысочка, и скоро наши поплавки острыми красными носами смотрят в розовеющее небо.
На левой удочке поплавок вздрагивает, несколько раз тычет хвостом в спокойную гладь воды и стремительно ныряет. Окунь!
Скоро начинает оживать поплавок на правой удочке. Он долго раскачивается, затем спокойно укладывается на бок и вдруг уходит против воды. Подсечка, легкий звон лески, крутая дуга на удилище, резкий всплеск — ив лодке трепещется толстобрюхий подлещик, похожий на карася. У Юры — два крупных окуня и елец. Началось!
Но это прелюдия. Мы ждем язей.
С вечера были исхожены с фонарем влажные от росы тропки и грядки. В банках у нас толстые — в палец — выползки. Нам ли не выждать язей? Они ни на минуту не прекращают своих игр: бьют хвостами, пускают пузыри, показывают головы. Один из них даже ткнулся носом в Юркин поплавок.
— Нахал какой,— кричит паренек,— я его непременно поймаю!
— Не шуми, — тихо говорю я, — рыба боится крика. Давай поглядим, сколько язей покажется за пять минут. Ты считай, а я замечу время.
— Тридцать два, — взволнованно шепчет Юра. — Вот здорово! А чего ж они на червя не берут?
— Возьмут, пусть только взойдет солнце…
Туман рассеивается. На кудрявых вершинах сосен начинает играть золотисто-розовый луч солнца. Навстречу ему вылетает жаворонок. Он ввинчивается в безоблачное небо звенящей точкой и пропадает в огнях зари. На лугу слышатся крикливые голоса девчат; чиркают в траве, звенят косы.
Оживление начинается и у нас: окунь, подлещик, елец, окунь!
Наконец, раскачивается поплавок на самой большой удочке. Несколько раз он склоняется набок и вдруг исчезает. Я засекаю, а свободной рукой нащупываю подсачек. На конце лески ходит очень сильная рыба, она может сломать снасть.
Добавить комментарий